На главную •  Как добраться • Гостиницы • Рестораны • Музеи • Фото • Отдых • История

Вернуться в раздел "Очерки о Суздале"


БОН - "Бюро особого назначения" в Суздальском Покровском монастыре в 1930-х годах.

     Тема БОН - Бюро особого назначения - уже давно интересовала сотрудников Владимиро-Суздальского музея-заповедника. Основной проблемой, вставшей на пути исследователей, было отсутствие каких-либо документов. Все они проходили под грифом секретности. Тайны БОНа, возможно, хранятся в Московском архиве ФСБ. Но пока архив ФСБ ответа не дал. Также ряд документов (рассекречено около 300 папок) находятся в РГВА (Российский Государственный Военный архив), но как в них фигурирует Суздаль, пока неясно - это работа будущего. Большая часть документов до сих пор хранятся в спец. фонде и доступа к ним мы пока не имеем, т.к. содержат информацию по созданию и применению химического и бактериологического оружия.
      Мы предлагаем краткое сообщение по известным материалам по БОНу, который находился на территории Покровского монастыря в 30-е гг. XX в. Из записи в дневнике тогдашнего директора суздальского музея Варганова А.Д. от 30 ноября 1934 г. следует:
1.  В 1931 г. в июле монастырь был передан в целом в распоряжение политизолятора ОГПУ, которым был произведен полный ремонт построек, и монастырь был закрыт для всех посторонних граждан… Состояние монастыря было образцовое, все остеклено, учинено, белено.
2.  В 1932 г. в монастыре появилась организация БОН-ОО-ОГПУ. Работники музея, несущие охрану памятников долгое время не допускались до осмотра памятников, кроме как собора и ризницы…".
3.  Осмотр всех памятников, возможно, состоялся в 1934 г., когда выяснилось, что в надвратной Благовещенской церкви уничтожен иконостас "барокко" 18 в., а сама церковь превращена в лабораторию №№ ... с переделкой ее плана. В 1934 г. БОН, именуемый теперь БХИ (биохимическая лаборатория) передан в ведение РККА наркомата обороны.
      Из сохранившихся записей абсолютно не ясно, чем занимались специалисты БОНа, какова структура учреждения, цели ее создания.
      Найденный в РГВА рукописный документ - приказ Фишмана, начальника Военно-химического управления РККА (ВОХИМУ РККА) от 29 августа 1934 г. - несколько дополняет сведения директора Суздальского музея. В документе предусмотрено окончание перевода большинства специалистов из Суздаля на место постоянной дислокации БХИ в именье Власиха (Московская область). Из документа следует, что в Суздале после реорганизации остались две группы специалистов:
1.  Ветеринары (Лебедев, Неводов, Распутин С.В.);
2.  Специалисты, работающие по особо опасным вирусным заболеваниям (Никанров С.М., Суворов С., Гайский Н.А., Эльберт Б.Я.).
      Они оставлены в Суздале временно, до создания на ЦВХП (центральный военно-химический полигон) в Шиханах (Саратовская область) соответствующих условий. Суздальскую группу реорганизовали в отдел БХИ. Начальнику части №1 БХИ т. Демиховскому велено с 15 сентября передать руководство Суздальской группой т.Файбичу М.М. и полностью переключиться на работу зам. начальника БХИ. (Начальником БХИ был Великанов М.И. (?)). Таким образом, Демиховский и Файбич были определенное время начальниками в Суздальском отделении, впоследствии получивший наименование №-й испытательной лаборатории НКО СССР.
      Интересны воспоминания жителей Суздаля, которые в 30-е гг. работали в Покровского монастыря. Эти люди практически ничего не знали о целях, которые преследовали в своей работе сотрудники БОНа. Вспоминает Иван Иванович Лужнов: он работал в Боне с 1932 г. в питомнике, ухаживал за животными. На территории монастыря находились лошади, свиньи, кролики, крысы, мыши. (Утки, куры и гуси скорее всего служили для хозяйственных нужд учреждения.) Начальником питомника был профессор Распутин Сергей Иванович. В его подчинении находилось 18-20 рабочих. Все начальство БОНа было военными. Начальником БОНа Лужнов называет Файбича. Заместителем по хозяйственной работе был Фридрих Николай Августович. Все остальные "начальники" были научными сотрудниками. По мнению Лужнова, БОН был тесно связан с политизолятором в Спасо-Евфимиевом монастыре. Охрана того и другого была общей. Вместе с Фридрихом Лужнов ездил в Москву на Зубовскую площадь в Главное управление, которому подчинялся институт. Научные сотрудники, военные жили по городу на квартирах. В 1935 г., по словам Лужнова, БОН переформировали. Часть сотрудников уехала в Свердловск, остальные в г. Осташков Калининской области. Институт был расположен на острове Городомля в семи километрах от Осташкова. Действительно на острове находился один из крупнейших в Европе ящурный институт с 1935 по1941 г. Старожилы Осташкова вспомнили имя Файбича. Затем институт был эвакуирован либо в Киров, либо в Екатеринбург (Свердловск).
      В целом не противоречат воспоминаниям Лужнова воспоминания Ильиной Сусанны Ефимовны. В 1934 г. после окончания 8-ого класса она устроилась на работу в БОН младшей лаборанткой. Работа состояла в контроле за животными. Сусанна Ефимовна утверждала, что сотрудники жили в домиках на территории Покровского монастыря. Из воспоминаний Алякринской Т.В., которая жила рядом с семьей Эльбертов: "Сотрудники БОНа жили на квартирах по городу, но часть сотрудников жила в самом Покровском монастыре, на квартирах иногда жили только жены с детьми, а мужья могли приходить днем к родным, но на ночь обязательно уходили в монастырь".
      Иной источник информации - публикации Марка Поповского. Еще в далекие 60-е гг. 20 века М. Поповский издал книгу "По следам отступающих", где в одной из глав описал историю создания микробиологами Эльбертом Б.Я. и Гайским Н.А. живой вакцины "Москва" против туляремии в некоем монастыре в начале 30 -х гг. 20 века. Туляремия - острая инфекционная природно-очаговая болезнь животных и человека. У животных чаще скрытое течение болезни, у человека - поражения легких, лимфатических узлов, кишечника. Заражение от больных грызунов. В статье "Предательство" М.Поповский называет конкретные имена и события 30-х гг.: "…в начале 30-х годов начались аресты микробиологов, имевших отношение к исследованиям чумы и туляремии. Одним из первых взяли Алевтину Вольферц, Дмитрия Голова и Сергея Суворова. Именно эти ученые в Саратовском институте "Микроб" в середине 20-х гг. первыми обнаружили туляремию на территории нашей страны, выделили микроб и разобрались, как эта зараза передается от грызунов к человеку. Аресты микробиологов проходили в Москве, Харькове, Саратове, Минске. Их обвиняли в чем угодно - в шпионаже, вредительстве, саботаже, но подлинную причину ареста от них скрывали. Ученых - арестантов свезли в Суздаль, где создали секретный "институт". В 1932 г. 19 микробиологов начали работу над наступательным и оборонительным бактериологическим оружием". М. Поповский среди сотрудников этого института называет минского профессора Эльберта Б.Я. и бывшего директора саратовского института "Микроб" Никанорова С.М. Суздальцы вспоминали, что Эльберт и Никаноров находились в Суздале вместе со своими семьями.
      ( Позже С. Никаноров был расстрелян за то, что отрицательно высказывался о научной ценности некоторых проводимых в Суздале исследований). Проведенное Эльбертом и Гайским весьма обстоятельное изучение туляремийной инфекции и механизмов иммунитета при ней, а также изменчивости туляремийного микроба закончилось в 1934-36 гг. получением вакцинного штамма "Москва" и успешным испытанием его на 34 добровольцах. В 1937 г. Эльберт назначен директором вновь открытого во Фрунзе (Бешкеке) Киргизского микробиологического института.
      По словам Поповского "институт" в Суздале был расформирован в 1937 г. Часть сотрудников расстреляли, других перевели в дальние лагеря. Покидая Суздаль ученые все свои записи и пробирки с вакциной сдали тюремщикам. Позднее выяснилось, что микробная культура утеряна.
      Статья М.Поповского была опубликована, когда сам автор находился в эмиграции в Америке. Публикацией занималась дочь Олсуфьева - Евгения Николаевна. (Олсуфьев Николай Григорьевич - член-корреспондента Академии наук, более 40 лет возглавлял лабораторию туляремии в Институте эпидемиологии и микробиологии АМН).В письме к Евгении Николаевне от 18 мая 1994 г. Поповский пишет: " …Профессор Олсуфьев, хотя и был человеком осторожным … рассказал мне … о массовых арестах и уничтожении микробиологов в 1930-32 гг. и о создании в Суздале секретной лаборатории, где готовилось наступательное и оборонительное бактериологическое оружие. Часть истории мне рассказал Борис Эльберт, а часть Ваш отец …".
      Начало работ по созданию биологического оружия можно датировать 1926 г.: тогда в рамках военно-химического управления Красной Армии появилась первая спец лаборатория. С 1928-го начались практические работы, в 1937-м провели первые войсковые учения, отработали тактику и методику применения нового оружия. Тогда же были приняты на вооружение возбудители чумы, сибирской язвы и туляремии. Ее-то и применили в реальном бою в 1942 -м г. против наступавшей в ростовских степях группы войск Паулюса. Выпускать чуму и язву не рискнули - эпидемия запросто бы охватила обширную территорию по обе стороны линии фронта. Поэтому обошлись туляремией: хотя смертность от нее и не превышала 10 - 30%, зато живую силу противника из строя хоть на время она выводила. Разносчиками заразы стали грызуны. На первых порах успех был ошеломляющ: не дойдя до Волги, Паулюс вынужден был сделать паузу в своем стремительном броске к Сталинграду.
      Таким образом, Покровский монастырь до сих пор хранит тайну 30-хгг 20 в. Предстоит еще кропотливая работа в архивах, а пока многочисленные вопросы остаются без ответов.


По материалам научно-практических конференций Владимиро-Суздальского музея-заповедника.

(В начало)

  Рейтинг@Mail.ru
   © 2005 "Отдых в Суздале"